Спасение картин
В руки ему попались прекрасные работы, которые невозможно было отдать немцам. Стоял и любовался «Портретом В. А. Бибиковой», двоюродной прабабушки Н. Н. Гончаровой — жены Пушкина, написанным великим Дмитрием Григорьевичем Левицким, как его справедливо назвал академик Грабарь, «самым большим русским художником» своей эпохи, «произведения которого принадлежат к лучшим созданиям европейского портретного искусства за все XVIII столетие». Портрет написан свободно, легко и вдохновенно. Прекрасная живопись! Огромные черные глаза властной, и умной Варвары Афанасьевны как будто с осуждением смотрели на Николая Михайловича.
Одна из лучших работ музея. Как, впрочем, и вот этот «Портрет неизвестного в Коричневом кафтане» тоже Левицкого. И опять-таки — глаза! Думалось ему, что с укором они обращались теперь к старому хранителю.
«Странно, почему вражеский «искусствовед» не упрятал их в ящики? Вероятно, охотился прежде всего за работами западных мастеров. В русской живописи похоже не очень-то разбирался»,— вдруг понял Маслов с некоторым удовлетворением. Подумал он, что в этом абсолютно безнадежном, как вначале ему показалось, поединке с фашистом он, пожалуй, может что-то и выиграть. По крайней мере, картины кисти Левицкого он попробует спасти. Куда же их спрятать?
Долго примерялся. Наконец поставил к стенке в дальнем углу, сдвинул к ним столы, на которые нагромоздил кучу разбитых подрамников, сломанные стулья и разные другие хозяйственные вещи. Вот теперь попробуй доберись до холстов!